Недавние переговоры между США и Ираном, прошедшие в Пакистане, напомнили шоу знакомств, где веган-феминистка оказалась в паре с охранником-скупером, и несмотря на общий язык, они не могли понять друг друга. Американская делегация приехала, чтобы добиться выгодного для Трампа финансового соглашения, хотя официально звучали другие претензии — например, требование прекратить поддержку таких группировок, как «Хезболла», хуситы и прочие нестабильные формирования.
Иранская сторона решила продемонстрировать всему миру, что США — это безумные, алчные и опасные для планеты люди. Еще до начала бесед спикер иранского парламента Мохаммад-Багер Галибаф подчеркнул, что, несмотря на добрые намерения и желание вести диалог, учитывая опыт двух предыдущих войн, доверять американцам нельзя.
Представители США, судя по всему, так и не поняли, с кем именно общаются и какие цели преследует противоположная сторона. Возможно, они даже не заметили, что иранцы назвали свою команду «Минаб 168» — это отсылка к названию школы, разрушенной ударами США, и к числу погибших там детей.
Когда вице-президент США Джей Ди Вэнс докладывал о неудаче переговоров, он смело заявил, что главной преградой стало стремление Ирана обзавестись ядерным оружием. С этим же согласился и Трамп: «Иран не намерен отказываться от своих ядерных амбиций».
Однако оба американских лидера соврали, потому что не могли признаться, что разговор касался совсем других вопросов и что иранцы просто отправили их восвояси. Как часто бывает, самым информированным западным изданием в данной ситуации оказалось издание Axios, сообщившее, что ключевые разногласия на протяжении 21 часа переговоров касались иранского требования контроля над Ормузским проливом и отказа отдавать запасы обогащенного урана.
Переводя на простой язык: если бы Трамп смог привезти в Америку иранский обогащенный уран, это существенно снизило бы внутреннюю критику в отношении целей провалившейся военной кампании. Что касается претензий Ирана на контроль у пролива, дело связано с фиксированной идеей Трампа о своей доле в глобальных ресурсах — будь то природные богатства Гренландии, нефть Венесуэлы или даже «Северные потоки».
Добиться контроля над всей иранской нефтью (и соответственно Ормузским проливом) посредством военных действий Трампу не удалось, поэтому он перешёл к плану Б: предлагаю поделиться. Именно по этой причине еще до пакистанских переговоров Трамп заговорил о совместном патрулировании пролива с Ираном, хотя на самом деле хотел получить половину доходов, которые Иран получает за проход танкеров — примерно 10–20 миллиардов долларов ежегодно.
Возможно, Трамп смог бы как-то прокрутить тему обогащенного урана, но когда иранцы решительно отвергли платить ему дань, он всерьёз разозлился и объявил, что США запускают блокаду Ормузского пролива, намереваясь останавливать все суда с иранской нефтью и конфисковывать ее: «Те, кто платит незаконные сборы, не получат безопасного прохода в открытом море».